Добавить

Новость
Фотографию

Добавить новость

Все поля обязательны для заполнения

Представьтесь
Электронная почта
Заголовок
Текст новости
Защита от автоматического заполнения
Введите символы с картинки

Добавить фото

Все поля обязательны для заполнения

Представьтесь
Электронная почта
Фото
...
Описание фото
Защита от автоматического заполнения
Введите символы с картинки

Ваша новость отправлена

Сайт СМИ44 благодарит Вас за участие в проекте!

Добавить

Новость
Фотографию

В Кологриве в память о поэте будет издана книга стихов Николая Чумичева

понедельник, 24 февраля 2014
В Кологриве в память о поэте будет издана книга стихов Николая Чумичева
На собрании кологривского историко-краеведческого общества решено собрать и издать книгу поэзии и прозы Николая Ивановича Чумичева, рассказывает газета «Кологривский край».
 «Давно ли это было, и вот уже стало воспоминанием! Как написано у любимого им Светлова в «Гренаде»: «Ушёл наш приятель в заоблачный плёс»! Есть ли там лучше и прекраснее наших поля, леса, реки? А песню он с собою не унёс. Говоря старинным слогом, с нами его песни, незабываемые стихи. А с тобою, Николай Иванович, не расстанемся . Часто после наших бесед и воспоминаний Николай Иванович брался за перо. И вскоре звонил: «Забирайте, готово!» В его маленьком домашнем кабинете стол покрывали начатые рукописи. Это составляло часть его жизни», - вспоминает корреспондент Сергей Смирнов. - В молодости Николай Иванович играл, и неплохо, в футбол, а увлечение бильярдом и шахматами пронёс через всю жизнь. Любимыми для него всегда были рыбалка и охота. Был он неутомимый грибник и ягодник. При этом для него важны были не улов и добыча, а общение с родной природой.
Он был лёгок на подъём, когда намечалось очередное путешествие по району. Обузой для спутников – никогда, зато интересный собеседник и неистощимый рассказчик охотничьих, рыбацких и житейских баек. И всегда удивлял молодостью души, хотя мы уже обращались к нему любовно - Старина. Николай Иванович был трогательно привязан к живописному уголку Кологрива, хотя он уроженец деревни Овсянниково. После переезда в Тодино, наверно, Унжа в этой излучине Кокиля напоминала ему родные илешевские места. А познакомились мы с ним в 80-м году на августовской педконференции. Тогда мы оказались единственными, и пожалуй, последними мужчинами из учителей русского языка и литературы в районе. Но сблизила нас не профессия, а общность литературных интересов. В редакции он стал частым гостем после переезда их семьи в Кологрив. Сначала приносил статьи на общественные темы. Потом мы познакомились с его стихами. Потом пошли поэмы, рассказы, зарисовки, воспоминания. Сам он своё сочинительство иронично и несколько манерно называл «охотницким», то есть любительским. Хотя дилетантом, тем более графоманом, его не назовёшь.
Перечитайте его стихи — многие строки и строфы сильны, образны, афористичны, не чужд он был юмора и сатиры в духе Салтыкова-Щедрина. Прочёл заново его и стихи и вдруг обнаружил: они поются! Это первый признак настоящей поэзии.
О, дивный свет звезды летящей!
Неповторимая тропа,
Мечта в безоблачное счастье
И неизвестная судьба!
Над словом Николай Иванович работал серьёзно. Его рукописи с убористым, угловатым почерком схожи с черновиками. Столько в них поправок, пометок, уточнений! Да и потом, перед отправкой в печать, он по телефону просил кое-что поправить. И очень огорчался, если вкралась опечатка. Он был из тружеников пера. Экспромты редко становятся шедеврами.

Как литератор он хорошо знал отечественную поэзию. Подолгу беседуя вдвоём, вспоминали наперебой любезные ему по духу стихи В. Маяковского, М. Светлова, Н. Асеева, Э.Багрицкого. Чуть не хором перечитывали наизусть «Думу про Опанаса» Багрицкого. Сегодня она по-своему вновь современна. Знал он стихи Гумилёва и Набокова. Хороший друг Чумичёва В.С.Уланов называл его «нашим поэтом и прозаиком».
Проза его была проста и интересна своим содержанием. Воспоминания об охоте, рыбалке, встречи на реке, в лесу. Оставил он и воспоминания о своём отце, вернее, его рассказы из фронтовой жизни. А был он миномётчиком, пулемётчиком, полковым и дивизионным разведчиком, получил 8 ранений, 4 раза лежал в госпиталях. Сражался за осаждённый Ленинград в самых горячих точках его обороны: на Пулковских высотах и в Синявинских болотах, на Невской Дубровке и Невском пятачке, на Карельском перешейке, у Пушкина и Ижорского завода. Неспешно входил Николай Иванович к нам в редакцию, садился на стул, снимал свою кожаную кепку. Начинал свой неспешный шутливый разговор о том о сём. И вдруг, словно случайно, доставал сложенные листы: «На-ко, почитай!» Много лет он был добрым, верным другом и автором нашей газеты».
Новости